Дедушка Ростов

Ростов

Ростов великий… Язык не поворачивается назвать великим этот милый, нежный, тихий и чудесный город. И если лихой и бурлящий Ростов–на–Дону называют в народе Ростов-папа, то Ростов Ярославский – это самый, что ни на есть дедушка. Патриархальный, родной, добрый и близкий.

Правильно выбрать время для путешествия по России – высокое искусство. Накануне нашей поездки в Ростов Великий был солнечный и безветренный день, предвещавший беспечальный 200-километровый автопробег по  трассе М-8 – среди  лесов, лугов и прочих бескрайних просторов. Но в назначенный день повалил снег, ветер задул во все свои легкие, видимость на дороге – метра три, не больше, чем в пушкинской «Метели». Мы чутко всматривались в серую пелену.

Когда-то эта земля называлась Залесской. Потому что лежала она за лесами, которые разделяли Киевскую Русь и ее северо-восточные земли. Великими на Руси называли только два города – Новгород, северную столицу страны, и Ростов, который впервые упоминается в Лаврентьевской летописи под 862 годом. Но, по мнению историков, зародился он гораздо раньше. На берегах озера Неро, что в переводе с угрофинского означает «илистое», «заболоченное», обитало племя меря, принявшее в себя славянских переселенцев с берегов Днепра и из новгородских земель. Озеро, говорят, ледникового периода, которому под 60 тысяч лет. В 988 году в озере брат Ярослава Мудрого, благоверный князь Борис крестил местных жителей. Их заводили в воду, а между ними плавали в лодках византийские священники.

Сейчас Неро заковано в лед. А когда-то оно было судоходным и связывалось с Волгой рекой Которослью. По Волге и Шексне путь из Ростова вел в новгородские земли, по Волге и Каспию – в восточные страны, потому Ростов был городом торговым.

К концу X века он стал одним из крупнейших в Киевской Руси, центром Ростово-Суздальского княжества. Не было еще ни Москвы, ни Владимира, только старый Ростов да молодой Суздаль. В 911 году сюда из Киева прибыл епископ Федор, и Ростов на века стал религиозным, духовным центром Северо-Восточной Руси. Он соперничал с Владимиром за право называться столицей.

Наивысшего расцвета и величия Ростов достиг незадолго до татаромонгольского нашествия —  в начале XIII в., а затем быстро и незаметно сошел с политической арены, став уездным городом Ярославской губернии.

На карте город напоминает половинку солнца. Полудиск – это озеро, от него отходят лучи улиц. Практически все центральные улицы провинциальных русских городов называются Московскими и ведут они к Советской площади или площади Ленина. На одной из улиц мы  поинтересовались у одинокого прохожего: «Где тут у вас кремль?» Он ответил: «Не знаю». Тоже одна из примет провинциального русского быта – пьют, голубчики, и ничем больше не интересуются, а уж кремлями и подавно.

На погребах

Мимо Ростовского кремля пройти невозможно. Он стоит в центре города на небольшой возвышенности на берегу озера.  От воды его отделяет Толстовская набережная. Уже на подъезде к нему, если бы не метель, мы бы увидели компактно собранные купола, островерхие башни и трубы, по-здешнему, дымники.

Собственно, это не кремль даже, а митрополичий или архиерейский двор, который в XIX веке стал именоваться коротким и удобным словом «кремль». Возводился он в течение 30 лет, начиная с 1660 года по приказу ростовского митрополита Ионы Сысоевича.

Мы остановились в колоритной гостинице «На погребах», где утром всех постояльцев будит колокольный звон и запах  ароматных блинов из трапезной. Гостиница так называется потому,  что раньше в ее помещениях были погреба, где хранили картошку, соленья и варенья. Теперь здесь совсем не прохладно, а уютно и тепло, после того, как провели отопление. Окна выходят аккурат на ту стену, где снималась знаменитая сцена погони за «дьяволами» с Куравлевым и Яковлевым из фильма «Иван Васильевич меняет профессию».

Мы вышли во двор на морозный воздух в поисках трапезной, в которой чуть позже отведали изумительную семгу по-царски (запеченный блин с рыбой внутри), запили ее медовухой и пошли спать.

И была чудна

Главный храм Ростова – Успенский собор, святыня ростовской земли. Он чем-то напоминает  храм Покрова на Нерли – только гораздо выше и массивнее. Собор обнесен оградой и примыкает к стенам митрополичьего двора. Летописи отмечают, что в 1160 году в Ростове сгорела Успенская соборная церковь, построенная от «древес дубовых» еще в 991 году, через три года после принятия Русью христианства. Церковь была настолько красива, что летописец засвидетельствовал: « и была чудна и зело преудивлена, такова убо не бывало и потом не веем, будет ли…»

Говорят, что былинный богатырь Алеша Попович был сыном настоятеля ростовского Успенского храма. В 1314 году здесь крещен отрок Варфоломей – будущий преподобный Сергий Радонежский. Собор был свидетелем захвата Ростова, тут служил литургию Иоанн Кронштадтский, в 1913 г. здесь молились последний русский царь и будущий патриарх Никон. В 1935 году в помещении Успенского собора устроили склад кофе-цикорной фабрики. Сейчас собор действующий, в нем проводятся службы. В древние времена на Соборной площади шумели торговые ряды. Теперь, ежась от поземки, стоят несколько женщин, продающих с лотков финифть и домашние пирожки – с картошкой, капустой, яблоками.

По ком звонит колокол

Нас разбудил не колокольный звон, а одинокий и угрюмый удар тяжелого колокола, звавшего к заутрене. За окном было темно, но спать расхотелось. Звонницу построили при Ионе Сысоевиче, поэтому самый тяжелый колокол  в 200 пудов  называется «Сысой».

Колокольня возведена необыкновенно длинная в 15 сажен (в каждой 2,13 м) с пятнадцатью колоколами в 30 пудов и меньше. Вешались колокола по плану владыки Ионы, надо сказать, гениальному, потому как рожденные на этой колокольне звоны известны на всю Россию. Самый древний и строгий – ионинский, мощный – георгиевский, праздничный – иоакимовский, погребальный, венчальный, красный, будничный, чистые и ясные удары благовеста.

Староста Успенского собора в Московском кремле, известный адвокат Федор Плевако соглашался, что звон на Иване Великом вовсе не так красив и впечатляющ, как на ростовской звоннице. В Ростове вызванивают целые музыкальные произведения, колокола звучат по-разному, в зависимости от церковной службы. Они пели, пока в 1936 году звонить в колокола вовсе запретили. И так до 1986 года, когда звоны снова были разрешены. С тех пор каждый день звонят ростовские колокола — для молящихся,  паломников, туристов. Удивительно это чувство, когда слышишь колокольный звон.

Как будто кто-то стучится в твое сердце.

Автор Валентин Семенцов.